Навигация



СЛОВОТВОРЧЕСТВО - это раздел для коллекционирования вашего вдохновения. Если слова приходят к вам в момент озарения или созерцания, значит они должны быть услышани и другими. Не рвите свое мимолетное творчество. Через годы ваши переживания, одетые в слова, могут стать единственным спасительным маяком в бушующем море гордости, недовольства и безрассудства.

Гора, которой нет

12.10.2007, Сценарии, Sergey,оставить комментарий

Сцена из жизни

Иисус же сказал им: по неверию вашему; ибо истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: "перейди отсюда туда", и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас.
Матф.17:20

Дайте мне точку опоры и я переверну мир.
Архимед


Действующие лица:

Николай Петрович, инженер-скептик – в начале ярко отрицательный образ, буквально бука-бяка: насмешливо относится к Священному Писанию, высказывается язвительно и саркастично. Должен вызывать самое яростное отторжение вплоть до плевания и бросания стульями.
Вячеслав, молодой человек, имеющий реальный человеческий прототип. Хороший и добрый вплоть до появления нимба над головой. На язвительные выпады Николая Петровича реагирует смиренно, не бьет его, а скорбно опускает голову и трагически вздыхает.
Петр Николаевич, человек с большим пузом и отдышкой – начальник Николая Петровича. Говорит басом, все время хохочет и выпячивает живот вперед как броню. В пьеске имеет нейтральное положение (ни то ни сё).




Николай Петрович и Вячеслав сидят за столом друг против друга. При этом Николай Петрович периодически нервно меняет позу, а Вячеслав сидит неподвижно как немой укор.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Я все бы мог понять и с удовольствием, так сказать, приплюсовал себя к вашей вере, но поверить в Иону, который будто бы сидел в пузе у кита целый год и не платил квартплаты, я не могу!

ВЯЧЕСЛАВ. Но…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (перебивая). Нет, я, конечно, шучу на счет квартплаты, но Иона не мог проживать в ките и по другим чисто биологическим причинам, которые и без того ясны.

ВЯЧЕСЛАВ. Понимаете…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (снова перебивает). Я все понимаю, друг мой и мне кажется, что на самом-то деле это вы ничегошеньки сами не понимаете.

ВЯЧЕСЛАВ. (удивленно). Я?

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Да, вы, дорогой мой. И я даже скажу вам более: вы и не пытаетесь ничего понять, потому что стоит лишь взглянуть на христианскую религию как уже достаточно материала для того, чтобы составить целое собрание анекдотов.

ВЯЧЕСЛАВ. Каких анекдотов?

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Да самых настоящих. Взгляните, ваш главный юморист Иисус Христос любил по субботам творить разные административные нарушения вроде превращения воды в вино и непорочного зачатия.

ВЯЧЕСЛАВ. (несколько возмущенно). Извините, но…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (перебивая). Я понимаю, на что вы сердитесь. У меня был один знакомый, который ужасно страдал в браке и регулярно занимался непорочными зачатиями на стороне. Так о чем я? Ах, да. Так вот, (Берет из рук Вячеслава Библию.) В этой вот самой книге я прочел почти то же самое, что регулярно читаю в заголовках газет, вроде «Невероятного превращения самогона во французское шампанское в подвале дома №18 на улице Красного Января» или «Спасаясь от хомяков, женщина провела сорок лет в сосновом дупле».

ВЯЧЕСЛАВ. (берет Библию обратно). Но здесь нет ничего подобного!

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Как раз таки, именно подобное здесь и встречается!

ВЯЧЕСЛАВ. Хорошо, давайте…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (вновь перебивает). Давайте я приведу вам небольшой пример, который вы однозначно не сможете объяснить. (Встает и едва ли не насильно вынимает Книгу из рук собеседника.) Итак,… (Листает Книгу.) Ага! «Если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: "перейди отсюда туда", и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас». (Победоносно глядит на Вячеслава.)

ВЯЧЕСЛАВ. (пятикопеечными глазами смотрит на Николая Петровича). ???

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (раздраженно). Что вы уставились?!

ВЯЧЕСЛАВ. А вы?... Ой, простите, простите, пожалуйста.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (садясь). И как бы вы могли прокомментировать прочитанные мною строки?

ВЯЧЕСЛАВ. (искренне). Мне кажется, все ясно.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (барабанит пальцами по столу). Нет, товарищ, далеко не все.

ВЯЧЕСЛАВ. А что не ясно?

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (вскакивает как ужаленный, почти кричит). Как что?! Да как гора может сама по себе шляться по поверхности земли?! Это что же будет, если вдруг Гималаи или Кордильеры вдруг перебегут куда-нибудь на равнины средней части Российской федерации? Или если какая-нибудь гора-выскочка прибежит в Париж и встанет на место Эйфелевой башни? Ведь французы просто сойдут с ума от горя!

ВЯЧЕСЛАВ. Но ведь ничего подобного еще не случилось.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (восклицая). Вот именно! И не случится, потому что горы сами по себе не ходят.

ВЯЧЕСЛАВ. Разумеется, их сдвигают люди своей верой.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (с искривленной улыбкой на губах). Их сдвигают бульдозеры, машины, разрывают динамитом на части!

ВЯЧЕСЛАВ. Вера двигает горы…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Вера?

ВЯЧЕСЛАВ. Вера.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Вера?!

ВЯЧЕСЛАВ. Вера!

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Вера?!!

ВЯЧЕСЛАВ. Вера!!

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. ВЕРА???!!!

ВЯЧЕСЛАВ. ВЕРА!!!

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (успокаиваясь.) Хорошо, я с вами не согласен, но пока уступаю. Давайте… давайте проведем небольшой эксперимент…

ВЯЧЕСЛАВ. Какой?

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Не волнуйтесь, без крови и боли. (Идет к окну, обводит рукой открывающийся пейзаж.) Видите все это?

ВЯЧЕСЛАВ. Вижу.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Замечательно. Я уже полгода работаю в этом месте инженером ландшафта. Только месяц назад мы закончили здесь строительство нефтегазохимического комбината, вы знаете об этом.

ВЯЧЕСЛАВ. Знаю.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Отлично. (Указывает в даль.) Видите ту гору?

ВЯЧЕСЛАВ. Гору? Вижу.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Так кому ее легче сдвинуть: вам или нашим машинам?

ВЯЧЕСЛАВ. Но машины сами по себе ничто.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Оставьте этот ваш идеализм! Вы прекрасно понимаете, что я подразумеваю под машинами – это сотни людей, тысячи механизмов, огромное количество киловатт энергии, сил, умения, таланта, которые потребуются, чтобы разобрать эту гору на части. Неужели вы и теперь беретесь утверждать, что сами способны своею верой передвигать горные породы?

ВЯЧЕСЛАВ. Сам по себе я ничего не могу, но Бог…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (гневно перебивает). О, прекратите! Ваш Бог распят как гимнаст на трапеции! Где он теперь?! Да и был ли он вообще?

ВЯЧЕСЛАВ. Но вы меня не поняли…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Не понял? Да чего ж тут понимать? Странный вы человек!

ВЯЧЕСЛАВ. (наивно). А эксперимент?

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. А-а… эксперимент… (Махнув рукой.) Я всего лишь хотел вас попросить сдвинуть эту гору своей верой. (Смеется намеренно неестественно.)

ВЯЧЕСЛАВ. (отвернувшись к окну). Господи,… (Тихо шепчет молитву.)

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (гнусаво). Г-ё-ё-ё-споди! (Искоса глядя на Вячеслава.) До чего может дойти человек в своем безумии. Молиться в никуда о невозможном…

ВЯЧЕСЛАВ. (заканчивая молитву). Аминь…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (не поворачиваясь, ехидно). Гора на месте?

ВЯЧЕСЛАВ. (тихо). Да…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Конечно. А теперь?

ВЯЧЕСЛАВ. И теперь на месте…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. И когда же она отправится в туристическое путешествие?

ВЯЧЕСЛАВ. (очень тихо). Не знаю… (Незаметно выходит из комнаты.)

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (стоит молча, затем поворачивается). Ха! Сбежал! (Потирает руки.) Сбежал!

Быстро входит Петр Николаевич.

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. (громко). Николай Петрович!

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (едва не приседает в испуге). Петр Николаевич…

Петр Николаевич и Николай Петрович медленно сближаются раздвигая руки для объятий, на ходу все время повторяя имя-отчество друг друга:
- Николай Петрович!
- Петр Николаевич!
- Николай Петрович!
- Петр Николаевич!
- Николай Петрович!
- Петр Николаевич!

Обнимаются.
Садятся за стол друг против друга.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (волнуясь). С чем пожаловали, Петр Николаевич? (Привставая.) Ах, быть может кофе, чая, керосина…

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. (успокаивая). Не волнуйся, Николай Петрович, все хорошо.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (садясь на место). А я вот сижу и думаю: что-то начальство про нас совсем забыло.

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. Нет, Николай Петрович, не забыло и даже само пожаловало к вам лично с ответственным заданием.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. О, как интересно!

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. (открывает солидный черный дипломат и вынимает множество бумаг). Вот, ознакомьтесь с новым планом местности. Уже через год здесь все должно выглядеть совершенно иначе: именно так, как это указано на новых чертежах. (Указывает пальцем.)

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (с интересом читает). О-о-о! А-а-а! У-у-у!

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. (откашлявшись). Самым трудным, пожалуй, будет убрать гору…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (медленно опуская бумаги на стол). Что?

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. Да, гору нужно будет ликвидировать. Выдрать с корнем! (Смеется.)

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (с замутненным взглядом). А куда мы денем весь материал и породы?

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. А это мы уже придумали: мы засыпим ими старый котлован, который сегодня итак никому уже не нужен, а то местные жители вскоре сами завалят его консервными банками и ржавыми деталями от тракторов.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (со странно улыбкой). Значит, гору нужно убрать?

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. Да! Так решил совет директоров после доклада инженерно-проектной комиссии.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Ага! (Падает в обморок.)

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. (подпрыгивая). Николай Петрович! Вы куда?! Что с вами?! (Кричит, подбежав к двери.) Люди! Граждане! Братья! Тут человеку плохо! Ответственный работник погибает!

ВЯЧЕСЛАВ. (вбегает, едва не сбивая Петра Николаевича с ног). Что случилось?

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. (указывая в сторону). Николай Петрович скоропостижно упал в обморок.

Оба подбегают к Николаю Петровичу. Петр Николаевич машет на коллегу веником, стоящим возле стола, а Вячеслав, набрав в рот воды из графина, как из распылителя обливает Николая Петровича.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (очнувшись, смотрит на Вячеслава как на приведение). А! (Снова падает в обморок.)

Петр Николаевич бьет Николая Петровича по щекам и тот, открыв глаза, оглядывается вокруг.

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. (собирает свои вещи). Ты сегодня что-то не здоров, Николай Петрович, наверное, переутомился от работы. Ну, я лучше пойду, не буду тебе мешать. Ты лучше ляг, отдохни, а чертежи потом посмотришь. (Вячеславу.) А вы, молодой человек, приглядите тут за ним, а то мало ли что может случиться опять. Это работник ценный, незаменимый! Ладно, до встречи, Николай Петрович. (Собирается уходить.)

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (тихо). Увольте меня…

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. (обернувшись). Что?

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Нет, ничего.

ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ. Ну, я пошел. (Уходит.)

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (говорит сам с собой). Я ни на что не гожусь… я… ничего не умею…

ВЯЧЕСЛАВ. (садится рядом). Нет, вы умеете! Вы умеете двигать горы!

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (отвернувшись). Вы, наверное, все слышали из соседней комнаты…

ВЯЧЕСЛАВ. Да, ваш начальник говорил достаточно громко…

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (поворачивается с большими глазами). Где ваша книга, молодой человек?

ВЯЧЕСЛАВ. (подает). Вот.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. (указывая на Библию). Вот истинная инженерия! (Встает.) Пойдемте, молодой человек!

ВЯЧЕСЛАВ. (встает следом). Куда?

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ. Точка опоры найдена! Мы идем переворачивать мир!

Фанфары.

Конец.

Дверь


Знак:     Отличие:
 

напомнить доступ


Содержание раздела


Рейтинг